В окно заглянула девочка:

— Ну, Костя. Ну, куда я дену молоко…

— Замолчи! — сказал брат. — Выйди лучше на улицу — погляди, не бродит где конопатый мальчишка!

Девочка скрылась. Зямка спросил:

— Какой это конопатый? Котовы глаза засверкали:

— Эт-то такой… крокодил! Я, понимаешь, пацанам говорю: хватит, говорю, меня Котом звать. Что это такое: Кот, Кот… Лучше меня надо Стенькой Разиным прозвать. Ну, те говорят: ладно. А этот крокодил, где б я ни был, меня везде находит: «Здрассте, Котофей Котофеич, давно приехали из сибирских лесов?» Только и дела — бей его, да гоняйся за ним, еще и бегает быстро!

— А откуда он взялся?

— А кто его знает! Я думаю: не иначе это сын учителя французского языка; отец у него хоть не конопатый, но другого такого ехидного я и не видал: одни двойки мне ставит! Что с ними делать — прямо не знаю. Мне говорят недавно: конопатый поехал купаться и утонул. Но только это, оказывается, утонул конопатый с Октябрьской. Хороший был пацан!.. Если б не он, прямо было все здорово!

— Это всегда так, — сказал Алик. — У тебя конопатый, а у нас такие есть — Гориллы…

— А те что? — спросил участливо Кот. — Тоже дразнятся?

— Если б дразнились, это еще ладно, — сказал Борис.

— Все у нас отнимают! У него вот даже, — Зямка показал на Сережку, — отняли выдернутый зуб!

И Кот уставился своими круглыми карими глазами на Сережку.

— А ты, вообще, откуда взялся? Я тебя чего-то не знаю.

— Из Ленинграда приехал! — объяснил Сережка.

— А! — сказал Кот. — Из Ленинграда? Значит, ты приехал из Ленинграда, а они у тебя зуб отняли?