— Да-а, это точно, — с умным видом подтвердил Володя, стараясь не очень широко улыбаться от такой характеристики.

— И чего ты с ним делать будешь? — поинтересовался Макс. — А? Или это и до сих пор секрет?

— Да как тебе сказать… Вот есть такой муж, серый, скучный, сердитый… и есть у него жена. Жена всё ходила на рыцаря в салоне поглядеть, а муж её за это гонять начал. Я ему сказал, что он не прав, а он говорит: ну если ты прав, вот ты ей и дари этого рыцаря за двести тридцать тыщ. И как-то меня это так за душу взяло…

— На «слабо», что ли, взял? — усмехнулся Макс.

— При чём тут «слабо», — ответил Володя. — А только раз он сам напросился, я возьму вот теперь и подарю ей, и пусть он попробует мне только слово сказать.

— А-а, вон ты что задумал! — запрыгал на стуле Макс. — То-то я гляжу… И что? Хорошенькая она?

— Какие вы все!.. — в большой досаде сказал Володя. — Не знаю, хорошенькая или нет! Я чужих жён не разглядываю.

— Ну и не разглядывай! Чудак! Мне-то что! Так значит, на «слабо» друг с другом сошлись, я же и говорю, — пожал плечами Макс.

Володя вздохнул на его непонятливость и пошёл бабе Кате звонить.

— Володюшка! — обрадовалась она. — Приехал? Или не уехал? Мы-то все думали, что тебя нет как нет! Ну, как дела твои, как здоровье, чего звонишь?

— Нормально дела, — сказал Володя. — Как у вас там рыцарь наш поживает?

— У! Чего вспомнил! — ответила баба Катя. — Давно купили твово рыцаря, вот как ты ушёл, так и купили.

— Да ну! — удивился Володя, одновременно обрадовавшись и расстроившись. — В самом деле? Ну, значит, не зря я его тогда поддел, Аркашку этого железобетонного! А, баб Кать?

— При чем тут твой железобетонный? Его продавщица наша новая, Ниночка, какому-то клубу спортивному продала. Русского рукопашного боя. Чего он, говорит, стоит тут у нас, людей смущает? Его надо не людям, а организациям предлагать! Наделала с него снимков, пошла показывать, вот, клуб его и купил.