Пункт охраны порядка по 1-й Железнодорожной находился в глубине жилого массива. На привинченной к двери табличке значились дни и часы работы сего почтенного учреждения, но проживавшие поблизости граждане отлично знали, что именно в указанное на вывеске время там никого нельзя было обнаружить. Зато в иные часы, не указанные на табличке, в пункте охраны порядка довольно часто бывало оживленно и даже весело. Оживление это, однако, носило спорадический характер и подчинялось закону случайных чисел — примерно так же, как этому закону подчиняется рулетка в казино.

Однако Валентина Капустинская, будучи существом наблюдательным и въедливым, сумела установить дополнительные закономерности в распорядке дня этой странной конторы. Когда на следующий день Борис привез ее на 1-ю Железнодорожную, она отпустила его перекусить в пельменную, а сама отправилась в неспешную прогулку по дворам. В стороне от дома, где на первом этаже располагался пункт, имелся один весьма укромный уголок, замаскированный с одной стороны цепочкой ларьков, торговавших пивом, водкой, сигаретами и чипсами, а с другой — прямоугольными бетонными блоками, служившими чем-то вроде ограждения забытой, запорошенной снегом стройки, напоминавшей декорации к фильму о зимней войне в Сталинграде.

Там, у блоков, валялись пустые ящики, служившие для местных завсегдатаев стульями и столами. Здесь собиралось во всякое время года мужское население окрестных домов, имевшее склонность к возлияниям среди бела дня и обремененное одной заботой — где средства на эти самые возлияния раздобыть.

— Здорово, мужики, — весело сказала Валентина, входя в кружок мрачных джентльменов и одной леди, вдумчиво дегустировавших водку, имевшую, скорее всего, осетинское происхождение.