МИНЬКА (всхлипывая.) Ни за что, мамочка!

БРУМКА. Стыдища… Хорошо леших нет, а то засмеяли бы.

МИНЬКА. Мы с ним в лапту играли!.. Снежками! Я как засвечу… и мимо. А он как засветил… и – вота! (снова ревёт, тыча пальцем в синяк).

МАМА-ЛЕШАЧИХА. Где этот изверг?! Да я его… Да мы его… Где он, Минечка?

МИНЬКА (продолжая всхлипывать). Там лежит!.. В сугробе!

МАМА-ЛЕШАЧИХА (растерянно). Лежит? Как – лежит?

МИНЬКА. Вот так! (показывает, широко раскидывая руки в стороны.) Ударил по снежку, взглянул на меня и – упал!

БРУМКА. От смеха что ли?

МИНЬКА. В обморок!

МАМА-ЛЕШАЧИХА. Ну хорошо, я с ним потом разберусь. А сейчас, Минечка, мне придется немного поколдовать. Не ходить же тебе в Новый год с синяком.

МИНЬКА. Ну что ж… колдуй, мамочка… (МАМА-ЛЕШАЧИХА усаживает МИНЬКУ в кресло. Отходит от него шага на три-четыре назад и начинает делать пассы. Свет на сцене постепенно гаснет.)

ГОЛОС МАМЫ-ЛЕШАЧИХИ. Абрус-швабрус-калабрус! Штучки-дрючки-закорючки! (пауза.) Готово!

Сцена вновь освещена. У МИНЬКИ появился синяк и под правым глазом.

МИНЬКА. Могу идти?

МАМА-ЛЕШАЧИХА. Какой ужас…

БРУМКА. Всё! Или в город – или пропадём. Колдовать разучились – стыдища!

МАМА-ЛЕШАЧИХА. Какой конфуз… Полное отсутствие практики… Теряется квалификация… (заметив, что сын пытается встать из кресла.) Миня, сиди! Сейчас переделаю!

БРУМКА. Нет уж, мамочка, позволь я.

МИНЬКА (испуганно). А чего «переделаю»?.. чего «переделаю»?

БРУМКА. Сиди, Минька! Помалкивай! (становится перед братом и начинает делать пассы.)

Свет на сцене гаснет.

ГОЛОС БРУМКИ. Анды-баланды-шаланды!.. Штучки-дрючки-закорючки!..(пауза). Готово!

Сцена вновь освещена. Синяки на лице у МИНЬКИ исчезли.

МАМА-ЛЕШАЧИХА. Какая чистая работа… Великолепно! Ты превзошла свою мамочку в колдовстве! Ты – настоящая смена, доченька! У нас с папой есть настоящая смена! Какое счастье!