- Готово!

Потом уселись в саду на скамейку под сиренью, Ольгина мама нарезала им хлеба, Ольгин папа налил им пива, а сирень овевала их холодком.

Я тоже был там с самого начала, чтобы ничего не пропустить.

Мы с Ольгой помогали грузить вещи.

Когда мы грузили маленький столик, нам позволили, а когда хотели погрузить большой стол, нас прогнали.

Но вот всё было вынесено, мы с Ольгой взялись за руки и вошли в пустой дом.

Ещё когда из него выносили вещи, мы заметили, что чем больше вещей выносят, тем меньше остаётся от старого дома, а чем меньше остаётся от старого дома, тем больше сам он становится. Теперь, когда вещей осталось совсем мало, дом казался таким большим и просторным, что в нём можно было заблудиться и расплакаться.

- Я боюсь, - сказала Ольга.

- Держись за мою руку, - сказал я. - Хоть я и сам немножко боюсь.

- Тогда ты тоже покрепче держись за мою руку, - предложила Ольга.

И всё же вещей в старом доме осталось не так уж мало, и был он не такой уж большой и просторный, потому что на полу ещё лежали два маленьких чемодана и одна продуктовая сумка, и ещё в нём были мы двое, я и моя приятельница Ольга.

- Вот бы сейчас, в последнюю минутку, увидеть Златушика! Пока выносили вещи, я всё время думала, не окажется ли он под чем-нибудь, не закатился ли куда! - сказала Ольга.

- И я всё время об этом думал, - сказал я. - Всё время следил!

- А его нигде не было! Только одна кукла нашлась, я потеряла её два года назад и долго плакала. Как по-твоему, может, кукла и есть Златушик? - спросила Ольга.

- Не знаю, - ответил я. - Она тебя окликнула?