— Пап!

— Кайл, если ты не уймешься…

— Мы просто хотели узнать кое-что. — Денни Дежарден и Такер Корр, стоящие по бокам от Кайла, посмотрели на Этана, и он замер. Он чувствовал, какой вопрос за этим последует, — чувствовал, как дверцу западни, открывшуюся у него в животе.

— Хорошо, Кайл. В чем дело?

— Фельд сегодня будет играть?

Мистер Олафсон не мог больше оттягивать этот момент. Его грустный взгляд заколебался, совершил оборот и, чуть ли не щелкнув, состыковался с Этаном. Тренер провел языком по губам. Этан чувствовал, что все ребята в команде ждут, и надеялся, молятся про себя, чтобы его, Этана, оставили на скамейке. Хуже того, он сам молился от всей души, чтобы мистер Олафсон сказал: «Да нет, Этану сегодня, пожалуй, лучше посидеть в запасе». Этан ненавидел себя за то, что надеялся на это. Он бросил взгляд на места для зрителей, где вместе с другими родителями сидел его отец в майке «Рустерс» размера XXL. Мистер Фельд, заметив, что сын смотрит на него, поднял кулак: давай, мол, сделай их, и улыбнулся жуткой, широкой, полной надежды улыбкой. Этан отвернулся.

— Советую тебе помолчать, Кайл Олафсон, — сказал тренер. — Пока сам не уселся на скамейку.

Игроки «Энджелс» вышли на поле. Их соперники, члены команды «Рустерс», соединили руки пирамидкой, а потом разом крикнули: «Разбей!» Так они делали перед каждой игрой — Этан понятия не имел, для чего. Он полагал, что все остальные знают, но стеснялся спросить. На первую тренировку он опоздал — может, как раз тогда об этом и говорили.

Все игроки «Рустерс» сели, кроме Дженнифер Т., которая отбивала первой, и Криса Лангенфельтера, следующего по порядку. Этан примостился на самом краешке, держа бейсболку на коленях, и стал ждать, как решится его судьба.

С его трусливой, постыдной точки зрения игра началась хорошо: они не сумели заработать очко, хотя Дженнифер Т. открыла игру великолепным двойным хитом, который улетел через голову шорт-стопа на левую половину поля.