- Дурак, - соглашался чайник. - Просто дурак ненормальный, что ты ноешь тут. Нашел о чем ныть. А я вот отдыхаю в кои-то веки, я радуюсь, что меня оставили в покое.

- Но какая-то ведь должна быть причина, что они меня разлюбили!

- Я думаю, ты не электрический, и все, - важно говорил чайник. - Был бы ты электрический, тогда другое дело. Тебя бы взяли в город. Но ты не электрический...

- За это не бросают, - отвечал самовар, - они наоборот меня хвалили, что я кипячу чаек с дымком, отпугиваю комаров.

- Ты, медный лоб, чегой-то не дотумкиваешь! - говорил чайник. - В городской квартире ты бы своим дымком всех придушил, как тех комаров.

- Да, в городе бы я не пригодился, - горевал самовар, - я простой, поэтому они меня бросили.

- Ты шишкоед деревенский, - твердил чайник, - был бы ты электрический, как я, а ты простой шишкоглот.

- Что мне делать, что мне делать, - стонал самовар. - Слез нет, броситься мне, что ли, с полки вниз головой? Это будет мой ответ им.

- Ага, - говорил чайник, - кто один раз упал, тот будет падать все ниже и ниже, как мой дядя чайник. Он упал со стола, и тогда его бросили еще ниже, в поганое ведро, а потом ведро унесли и принесли уже пустое, и где теперь мой дядя чайник находится, неизвестно, да и никому не интересно. Ведро такое поганое, говорит: "Со временем узнаете, а пока что не ваше дело". Так что вот такой путь, опасная дорога.

- Но что-то ведь надо делать в ответ на это, - бормотал самовар, - ведь я не могу сидеть сложа руки, если меня обидели! Я же не безответная тля, которую можно обидеть когда кто захочет!

- А тля вовсе не так плоха, - отвечал на это чайник. - Попробуй обидь тлю. Да она тебя не заметит и будет жить дальше. Тля ни на кого не смотрит. Тля себя уважает!