Раздался глухой стук.

Все, как одна, девочки-чародейки подняли руки и приготовились защищаться, если придется.

Тяжелая дверь дрогнула и медленно распахнулась под хриплый стон ржавых петель и треск рассохшейся древесины.

В дверном проеме стоял маленький, сморщенный, совершенно лысый, черноглазый старик. Завидев девочек, он радостно заулыбался.

Корнелия вздрогнула. Она узнала старика.

— Это вы продали мне картину!

Старик кивнул и шагнул к Корнелии. Его лысая макушка едва достигала ее подбородка, так что ему не пришлось высоко поднимать ее руку, чтобы запечатлеть на ней поцелуй.

— Похоже, Корнелия нашла нового поклонника, — пробормотала Ирма.

Девочки тихо захихикали, глядя на улыбающегося коротышку, который обнимал возвышающуюся над ним Корнелию. Корнелия неловко переминалась с ноги на ногу, чувствуя, как пылают ее щеки, а услышав хихиканье, сурово посмотрела на подруг.

— Может, лучше поможете, а? — прошипела она и горько подумала: «Они всегда смеются надо мной и никогда со мной».

Старичок наконец выпустил ее руку. Корнелия почувствовала легкое разочарование. Она ожидала найти за этой дверью что-то другое или кого-то другого. Но что? Кого? Лучше об этом; не думать.

* * *

— Вы пришли! Вы пришли! — Старичок сиял от счастья, прижимая руки к груди и склоняя голову. — Добро пожаловать! Добро пожаловать!

Девочки в замешательстве оглядывались по сторонам. Покинув темную мрачную улицу, они оказались в просторном внутреннем дворе. Дорожки, выложенные черными и желтыми мраморными плитками, вели к красивой резной двери, за которой виднелось множество внутренних помещений. Стены были украшены изысканными мозаичными узорами, бирюзово-сине-зелеными, а на маленьких полках стояли птичьи клетки и изящные шкатулки.

В саду было полно пустых цветочных горшков. Из маленькой клумбы торчало несколько чахлых ростков.