Женщина ползла очень медленно, всё время оглядываясь и прикрывая собой маленькую девочку. Если высовывалась маленькая рука или нога девочки, мать прикрывала её своим телом от смерти, как, бывало, раньше прикрывала одеялом от холода.

И в это время со стороны фашистов высоко в небе взвилась яркая белая ракета. Она повисла в воздухе, будто фонарь. Да эту ракету так и называют — фонарь. Выброшенная вверх или сброшенная с самолёта ракета раскрывает маленький парашютик и, медленно опускаясь на нём, освещает землю белым, мертвенным светом целую минуту, а то и больше.

На этот раз ракета фашистов ярко осветила человека на площади, и стало видно, что это женщина, которая ничком лежит на земле, закрыв собой ребёнка, А вокруг, освещенные, как театральные декорации, высились огромные изломы обрушившихся домов, крыши, вздыбленные к чёрному небу, опрокинутые танки — и совсем неестественная среди всего этого — маленькая ёлочка.

Полковник Кубанов на мгновение зажмурился. Чёрная тень лежала перед женщиной, которую ярко осветила ракета фашистов. Мгновенно, как освещенное молнией, Кубанов увидел её лицо — мокрое, испуганное, с волосами, выбившимися из-под платка. И ещё увидел Кубанов светлую чёлку над большими светлыми глазами девочки.

— Внимание! Не стрелять! Женщина! Ребёнок! — пронеслось по всему нашему командному пункту.

Солдаты части полковника Кубанова сжимали приклады автоматов и рукоятки пулемётов.

Как помочь женщине? Как спасти девочку?

Она лежала в нескольких шагах, ярко освещенная. Вот-вот её расстреляют, изрешетят пулями… А спасти её, помочь ей нельзя.

На командном пункте стало так тихо, что полковник Кубанов услышал, как под кителем стучит его сердце.

Женщину на земле было далеко видно: в подвалах разрушенных домов, в траншеях, в воронках, превращенных в огневые точки, — отовсюду следили за ней. Но следили по-разному. Наши — со страхом за её жизнь. А фашисты…