Они и бегут, и летят, и звенят, И рвутся во мне, непокой оставляя. В такие минуты я буду распят, Свои неудачи в ночи проклиная.

Но утром, проснувшись от судных речей, На суд, на чистилище их выставляю, Как будто ответа старинных мощей Я с кроткой надеждой опять ожидаю.

И ясно становится мне в тишине Стихи, улетевшие ночью в пространство, Уже не мои и живут не во мне, Они обретают другое богатство.

А те, что остались лежать на столе Обломки, обноски, обрубки чего-то. Удел их ничтожен - в огне и золе Молчать и пылать, согревая кого-то.

* * *

Кто скажет, что работа сгладит боль, Не верь ему, разлуки он не знает. Когда беда свет солнца затмевает И рану сердца разъедает соль, Какие краски могут поражать И радовать твои глаза и душу? Каким дыханием ещё дышать Когда удушье просится наружу? В стоп-кадре черно-белого кино Твой разум от отчаянья немеет, Ни творчество, ни старое вино Иллюзиею красок не согреет. Кто говорит: работа сгладит боль, Тот лгун, колдун или плохой психолог, Прочел он, может быть, бумаги ворох, Но не узнал таинственный пароль. Все сгладит время - вот всему венец! Утрата шрамом белым остается. И пусть все в мире вдруг перевернется, К началу жизни даст толчок конец.

* * *

Лежат у зеркала цветы, Блестят испарины. Три розы нежные, как ты, Вчера оставлены. Не смог тебя я удержать Любви не знали мы. Три розы в зеркале дрожат, Огнем окалины.

Рисует зеркало портрет Черты знакомые, Воздушный, легкий силуэт, Глаза бездонные... Слезинки капали из глаз Капель хрустальная. Глядят из зеркала на нас Цветы прощальные.

НОЧНАЯ ПРОГУЛКА ПО ЯЛТЕ

Нежданно опустилась ночь, Бесшумно крылья распуская. Морфея преданная дочь Еще не взрослая - смешная. Еще не гаснут огоньки Иллюминации прибрежной, Еще играют островки Веселой музыкой и нежной. Идем по набережной, вдруг Из кроны дерева большого Весь в окружении прислуг, Из королевства, из лесного, Неспешно выползает жук, Огромный, царственный и важный. За ним выносится сундук Поделок, пуговиц бумажных.