Она накалывает их на стены кнопками с голубыми шляпками, так что все вместе выглядит как праздничные обои. Нэн так красиво устраивает рождественский праздник! Она устанавливает посреди комнаты большую елку со стеклянными шарами и конфетами из тростникового сахара, с блестками и китайскими фонариками и с куколкой-феей, укрепленной на самом верху. У феи крылышки, а в руке волшебная палочка с маленькой серебряной звездочкой. Бритни, дочурка Лоретты, просто обожает рождественское дерево. Я поднимаю ее и хожу вокруг елки, и она от восторга всплескивает ручонками. Ей особенно нравится фея, она все тянется, хочет достать, подержать ее и при этом щебечет как птичка.

— Да, моя маленькая, это волшебница! — Я хожу с Бритни вокруг елки, кружу ее, как будто у нее самой крылышки и она летает. — А давай-ка, Бритни, загадаем с тобой волшебное желание, — говорю я и шепчу в нежный завиток ее ушка: — Ты ведь хочешь, чтобы твоя двоюродная сестра Дарлинг осталась здесь навсегда-навсегда? — Я решительно киваю головой, и она тоже кивает. Я таращу глаза, делаю безумное лицо: мол, вот как я сильно-сильно хочу, чтоб исполнилось желание. Бритни смеется, я шагаю, и вдруг «хоп!» — фея словно и вправду махнула своей волшебной палочкой (которой чистят трубку).

— Не надо вечно таскать девочку на руках. Потом она будет скулить, когда ты опять посадишь ее в креслице, — ворчит Лоретта.

Ей не всегда нравится, что я играю с Бритни. Иногда она сердится, даже если Нэн берет ее на руки. Лоретта все хочет делать сама, чтобы Бритни любила ее больше всех. Хотя это немножко глупо, ведь она страшно устает, у нее темные круги под глазами. Как только Бритни укладывают днем спать, она тоже ложится и ужасно раздражается, если мы с Пэтни, заигравшись, случайно разбудим ее.

— Лоретта сейчас немного приуныла, — шепнула мне Нэн. — Ты не обращай внимания, пройдет.

— Это из-за того, что отец Бритни не желает знать ее? — спросила я также шепотом.

Нэн пожала плечами: