Голова Шептуна исчезла за забором и вскоре появилась в калитке. Мальчишка по своему обыкновению зыркнул туда и сюда и лишь после этого рискнул появиться возле Азамата.

— Вон твоя, Азамат, девчонка идет!

— Ты спятил с ума! Какая такая моя девчонка?

— Я же про Земфиру говорю. А хочешь, ее спросим: взяла бы она фрукты или нет?

Сперва Азамат обалдел. После такого заявления любой может обалдеть. Но тут же, не дав себе труда подумать, шагнул в сторону Камала и заехал ему по шее.

— Ты чего? — застонал Камал, шмыгая носом и отступая.

— Ты чего? — повторила Земфира, останавливаясь возле мальчишек. — Вы никак не можете без того, чтоб не драться?

— Приставал со всякой ерундой, — сказал небрежно Азамат.

— Я просто пошутил, а он ни за что ни про что заехал мне вот сюда, — голос Шептуна звенел от злости.

Она переводила непонимающий взгляд с хмурого лица Азамата на плаксивую физиономию Шептуна.

— В общем ему попало за дело, — сказал Азамат, не желая вдаваться в подробности.

А Шептун никак не мог успокоиться:

— Я сказал лишь о том, что ты да он дружите. Ведь верно, что вы между собой приятели?

— Ну, знаешь ли! — девчонка сделалась вся пунцовой. А потом, взяв себя в руки, деловито осведомилась у Азамата: — Ты его один раз стукнул?

— Один!

— Впрочем, за такое полагается две, а то и три оплеухи!

Пока Азамат соображал: шутит девчонка или нет, Шептун дал деру. И правильно сделал. Но он не был бы самим собой, если бы, добежав до калитки, не обернулся и не крикнул на весь квартал:

— Я всем расскажу, что вы между собой жених и невеста! Вот увидите!

Азамат сорвался с места, но добежать до Шептуна не добежал — перед самым его носом с грохотом захлопнулась калитка.

А Земфира между тем наградила всю улицу громким-прегромким смехом. Ведь девчонки всегда хохочут, когда им что-либо здорово нравится или просто чей-нибудь поступок пришелся по душе.