— Здравствуйте, — чуть погодя кивнул Самат.

Потом Самат утверждал, что Азамат так, мол, поразился, что даже забыл закрыть рот от удивления, но тот это всячески отрицал. Ничего, дескать, этого не было.

— Вот какие, значится, богатыри вытянулись у Большого Сабира, — произнес незнакомец и раскрыл объятия, точно приглашал кинуться ему на шею. — А ваш батя — мой фронтовой друг. Сам маршал однажды беседовал с ним по части разведки… Ну, парни, давайте лапу фронтовому другу Большого Сабира, — заключил он. — Как тебя звать-то?

— Азамат.

— Я — Самат.

— А меня зовите дядей Капитаном, по-военному. Безусловно, настало время поставить самовар. Кстати, я вам и гостинцев привез.

На столе появился аппетитный круг колбасы, большой кусок сыра, каравай хлеба, две банки «Сайры» и даже куча конфет. Потом он вытащил из маленького чемодана кулек с пирожками. У Самата разгорелись глаза, он был сладкоежкой. Азамат, однако, призадумался: черт его знает, кого привел Синяк в неурочный час? Мало ли кто может прикинуться другом Большого Сабира?

— Отец мне рассказывал, а я это очень хорошо помню, что он был артиллеристом, а не разведчиком, — насупился Азамат, упрямо уставившись на непрошеного гостя.

Тот залился хохотом:

— Сразу видно, что ты не фронтовик. Если бы был жив Большой Сабир, он бы пояснил, что бывают разведчики и у артиллеристов.

— Про то я не слыхал.

— То-то… Но это не беда, — переменил разговор дядя Капитан и прикрыл глаза рукой. — Думал, обрадую его, даже фронтовую шапку его привез, ту самую, которую он подарил мне во время расставания в тысяча девятьсот сорок пятом году. И надо же было случиться несчастью! С фронта вернулся целехоньким, а тут, перед самым домом, его настигла смерть.