Все же Азамату показалось, что фронтовой друг порядком нервничает, чаще, чем обычно, смотрит на циферблат часов. С чего бы это?

«Придется идти искать братана, — решил про себя Азамат. — Кроме меня, как видно, никому он не нужен…»

Однако, взглянув в окно, ужаснулся. Над рекой стлался туман. Знал, что это не к добру. Туман сулит реке одно только несчастье.

Вот тревожно загудел один пароход. Второй ему ответил. Они теперь не дадут покоя до утра.

— Ложись спать, — посоветовал дядя Капитан. — Придет, куда денется! Все добрые люди вертаются домой. — Где, интересно, шляется в такую поздноту?

Мальчишке показалось, что в словах фронтового друга сквозит замешательство.

— Иногда Самат напускает на себя дурь. Опасаюсь, одним словом, за него. Слабый он у нас, — проговорил Азамат, твердо решив пойти на поиски.

Фронтовой друг зажал рот, культурно подавляя зевок. А сам нет-нет да взглянет на часы. Тоже как будто волновался.

— Не хочешь спать, так согрей чайник. Перед сном промочим себе горлышко. А чай завари погуще. По-фронтовому. К тому времени, смотришь, и Самат явится.

Гостю перечить нельзя, он теперь за место отца. Но Азамату вода стала поперек горла. Не идет чай, и шабаш!

— Чего не пьешь? — спросил дядя Капитан. Вместо ответа Азамат поднялся из-за стола.

— Я лучше пойду поищу его. Может, он у Синяка застрял?

Как только назвал Синяка, гость чуть не поперхнулся.

— Чего завел волынку? — спросил он. — Такие, как Самат, не пропадают.

— Я не боюсь, только…

— Не боишься? Порядок! — похвалил фронтовой друг. — Отважных мальчишек ужасно уважаю. Из тебя, например, добрый бы разведчик получился…

В этот миг на крыльце кто-то завозился.

— Явился! — обрадовался Азамат.

Не успел он распахнуть дверь, как на пороге появился Самат, пригибаясь под тяжестью большого аквариума.