– Какого черта ты пришла? – произнес Дмитрий вместо приветствия.

Она не обиделась. Прошелестев полами длинного плаща, пересекла комнату. Небрежно бросив в кресло ридикюль с золочеными ручками, встала напротив него, приняв живописную позу. Ее зеленые глаза казались встревоженными.

– Что происходит? – спросила она вполголоса. – Мне звонила Мария, ваша горничная, и говорила какие-то странные вещи. Будто бы старуха куда-то пропала, а гостиная залита кровью.

– Что за чушь? – вспылил Дмитрий. – Ты выслушиваешь всякий бред и потом мчишься сюда для того, чтобы задавать мне глупейшие вопросы. А если сейчас сюда войдет Инга? Как ты объяснишь ей свое пребывание в спальне мужчины?

Нора мигом подобралась.

– Да проще простого. Ты забыл? Я ведь точу коготки твоей милой супруге. Что же здесь удивительного? Бедная скромная маникюрша пришла обработать ручки хозяина. Хотя что-то подсказывает мне, что Инга сюда сейчас не войдет.

Она смотрела в глаза Дмитрию долгим, страшным взглядом, и он поспешил отвести глаза. Но не удержался, буркнул:

– Что ты имеешь в виду?

Нора пожала плечами:

– Сегодня утром по телефону ты говорил мне правду? Ты на самом деле убил ее? – Ее глаза впились в лицо друга, словно пытаясь выжечь на нем клеймо с заглавной буквой У. Убийца…

– Да что на тебя нашло? – вскричал он, взволнованный, ошеломленный. – Мне приснился сон. Сон, понимаешь? А теперь Инга куда-то запропастилась. Но она может быть где угодно: в незапланированной командировке, на деловых переговорах, на объекте, в конце концов. Я не могу понять, почему сегодня все точно сговорились задавать мне дурацкие вопросы!

Нора приподняла тонкие брови, демонстрируя, должно быть, искреннее удивление.

– Просто, когда мне стало известно об исчезновении старухи, я решила – вот оно! Ведь мы столько мечтали об этом, строили планы…