Валентин Васильевич написал на доске задачу: число «Икс» больше нуля, больше единицы и равно единице.
Первыш хотел провести в тетради числовую ось и написать всё про число «Икс», но «арабская» ручка так закорябала пером по бумаге, что писать и чертить было невозможно.
Первыш подумал-подумал да и начал потихоньку чертить и писать наоборот. Справа налево. По-арабски.
К нему подошла Тамара Григорьевна:
— Что ты делаешь?
— Я… пишу, — смутился Коля.
— Как ты пишешь?
— Он по-арабски пишет, — сказал Боря. — Он мамину ручку в школу принёс.
«Уж чья бы корова мычала, а его бы молчала», — подумал Первыш. Сам Боря недавно открыл тетрадь вверх ногами и начал писать диктант. И только потом увидел, что перепутал всё на свете.
Так и написан у него в тетради диктант вверх ногами.
Это что? Не по-арабски!
— А вот если я тебе, — сказала Коле Тамара Григорьевна,— твоей же арабской ручкой поставлю тоже арабскую цифру «два»?..
Валентин Васильевич как начал смеяться, и тогда все в классе засмеялись.
На этот раз обошлось: Тамара Григорьевна просто попугала двойкой. А то, когда в тетради грязь, непременно получишь двойку.
И ещё Тамара Григорьевна выставляет тетрадь в классе у доски, чтобы весь класс видел и двойку и грязь.
Иногда выставляет тетрадь не в классе, а в зале, чтобы уже вся школа видела и двойку и грязь.
Вот почему Тамара Григорьевна спросила сегодня у Первыша, какую ручку он принёс.
— Очень хорошо, — сказала Тамара Григорьевна.— Тетради кладём наискосок. Колпачок ручки должен быть направлен куда, Данилин? Я тебя спрашиваю, Серёжа Данилин!
Серёжа не слушал Тамару Григорьевну: он пытался рассказать Лиле Зориной, как они с Борей и Первышем построили планетоход.
— Встань, Данилин.