– Когда-то мой отец совершил непростительное дело, сын пекаря… – глухо произнёс он, закрыв лицо руками. – Он нанял много рабочих, чтобы выстроить Форхедлин. Работы закончились, когда мне исполнилось шестнадцать – чуть больше, чем тебе сейчас. Но мой отец тяжко заболел и на смертном одре выказал последнее желание: любить этот замок и верить в него с такой же силой, как и он. Но я знал, что как только смогу, обязательно уеду отсюда… Видишь ли, сын пекаря, я воспитывался в столице, был молод и красив, и жаждал вновь окунуться в радости придворной жизни. Отец почувствовал мою лживость и проклял меня: я не могу уехать из замка, пока кто-нибудь не поверит в Форхедлин не только глазами или расчётливым умом, но и сердцем. Простым человеческим сердцем.

Ведь покуда верит кто в красоту и совершенство каменных стен, до тех пор замок и продолжает жить… Теперь я свободен, ибо с этого мгновения ты – полноправный хозяин Форхедлина.

И старик исчез.

…Передо мной возвышалась мраморная статуя грозного бога.

И больше никого не было.

Моя рука крепко сжимала толстый свиток с красивой гербовой печатью, и я решительно не знал, что же делать.

Пожалуй, сначала я съем что-нибудь в чудесной Столовой.

А после широко распахну двери и ворота Форхедлина, открывая их навстречу людям, чтобы прекрасный замок навеки поселился и продолжал жить во множестве сердец.