- Так. - Действительно, что можно еще сказать в ответ? - Я могу идти?

Шеф был прав - дело из той категории, которые следователю нужно лишь должным образом задокументировать и оформить, закончить его можно довольно быстро.

Я набросал план расследования и отпечатал необходимые документы: запросы на характеристики всех участников вечеринки, сведения о наличии у них судимостей и постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы. Обычные вопросы: причина и время наступления смерти, характер и локализация телесных повреждений, причинная связь их с наступившими последствиями, наличие алкоголя и ядов в крови.

- Можно? - Дверь кабинета приоткрылась.

- Входите.

Блондинка лет двадцати двух, короткая стрижка, аккуратно уложенные волосы, гладкая кожа, чуть-чуть косметики - личико красивое и какое-то кукольное.

- Присаживайтесь. Вы, как я понимаю, Марочникова?

Она кивнула.

- Паспорт с собой?

- Да. - Девушка положила документ на стол, и я начал переписывать установочные данные в протокол. Марочникова Ирина Васильевна, двадцать три года, образование 10 классов, работает на студии телевидения, ассистент режиссера, не замужем, ранее несудима...

- Допрашиваетесь в качестве свидетеля, должны говорить правду, за дачу ложных показаний предусмотрена уголовная ответственность. Распишитесь, что предупреждены об этом. - Я подвинул свидетельнице протокол.

- Я всегда говорю правду! - Она округлила глаза и, приподняв брови, с укором посмотрела на меня.

Я подождал, пока она распишется.

- Теперь расскажите, давно ли знаете Золотова, как часто ездили на его дачу, кто еще там бывал, как проводили время, а потом подробно про последнюю вечеринку.

Марочникова развела руками:

- Так много вопросов... Давайте я буду рассказывать все подряд, а если чего упущу - вы напомните?

- Ну что ж, давайте так. - Про себя я отметил, что она уверенно держится в кабинете следователя, пожалуй, слишком уверенно для своего возраста.