Зайти в парадное, где жил Зюзин, оказалось не так-то просто. Дверь была радиофицирована. Друзья долго и вдумчиво читали инструкцию и наконец нажали нужные кнопки. Дверной динамик пискнул и голосом Аллы Пугачёвой застонал на всю улицу: «А ты такой холодный, как айсберг в океане…» Друзья от неожиданности отпустили кнопки, и популярная песня оборвалась на полуслове.

— Во паразит! Болеет называется! — сказал Саша, снова нажимая кнопки. На этот раз динамик отозвался уже зюзинским голосом.

— Вовка, кончай трезвонить! Выйду — в глаз дам!

— Открывай, симулянт, — сказал Саша. — Народный контроль.

— Ляпкин, ты, что ли? А я, понимаешь, думал, опять Вовка. Позвонит, паршивец, и блеет козлом.

— Да откроешь ты в конце концов! — взорвался Саша.

— Так чего открывать-то. Дверь не заперта. Замок с зимы не работает.

В квартире Кирилл усадил гостей на диван и для начала предложил послушать записи рок-группы «Плазматик».

— Вообще-то, их слушать не так уж интересно, — сказал он. — Их смотреть надо.

— А ты что, смотрел? — спросил Коля.

— Откуда? Читал. Ну, сильно выступают! Там пишут, что тухлые яйца себе об головы бьют. А в конце три телевизора взрывают. По-настоящему, динамитом. Завод в зале жуткий!

— Нет, ты уж один своих плазматиков слушай, — сказал Коля. — Некогда нам. Чего дома торчишь? Болеешь?

— Ну.

— А в школу когда?

— Да в пятницу уже. Врачиха нехорошая попалась. Я ей как человеку говорю: доктор, говорю, у меня после гриппа умственное истощение. А она ни в какую.