Он уходит. Король задумчиво сидит при свечах. На сцене полумрак. Вечер плавно перешел в ночь.

— Да, а вот глядишь ты — нашлась Дураку родственная душа, — задумчиво говорит сам себе Король, — действительно самое страшное — это одиночество и когда тебя никто не понимает. Словом дружеским ни с кем перекинуться нельзя. Тогда человек и собаке и кошке рад. Разговаривает с ними и радуется, те конечно не отвечают, но все равно — компания. Вот дурак дураком, а душа у него есть и широкая, добрая душа. А у иных, не то что души, душонки и той нет. И даже Король тут бессилен.

Шуты под музыку закрывают занавес. Гаснет свет, меняются декорации. Тот же тронный зал, но следующим утром. Ранний час. Сонный Король зевает, и садиться на трон. Вбегает возбужденный и запыхавшийся Герольд.

— Ваше величество, Ваше величество! — с порога кричит он, — Подлец Птицу поймал!

— Как это поймал? — удивленно спрашивает Король, не совсем проснувшись, — у нас же в саду Дурак на страже стоит, это его обязанность Птицу ловить, хотя уже с сегодняшнего дня не стоит… Ты дружок наверно что-то перепутал, Жар-Птицу поймать не так просто, — в сторону, — а отпустить еще сложнее.

— Да нет же! — отвечает Герольд, — именно Подлец ее поймал, и не в саду, а где-то за городом. Она господина Дурака разыскивала. Вот он и сказал ей что знает где тот, и хитростью, так сказать заманил.

— А где он клетку взял? — удивляется Король, он уже окончательно проснулся и ошарашен этим известием.

— У кузнеца наспех сковал, — отвечает Герольд, — он сначала Птицу связал — и в мешок, потом к кузнецу, тот ему клетку сделал. А сейчас он с клеткой к Вашему Величеству направляется.

— Вот что, садись на самого быстрого коня, разузнай куда пошел Дурак и скачи вслед за ним во весь опор! Как нагонишь — все ему расскажи и постарайся вернуть. Даже силу разрешаю применить, если добром не получиться, — командным тоном приказал Король.