Ломакс, похоже, разговорился.

— Значит, когда начался пожар, вы по счастливой случайности оказались рядом с пожарной лестницей. Как вам повезло!

— Бывает и такое, — согласился Пеллэм.

— Расскажите, что именно вы видели.

— Я уже все рассказал вашему заместителю.

— Из вашего рассказа я ни хрена не понял, — отрезал Ломакс. — Сообщите мне подробности. Помогите следствию.

Подумав, Пеллэм пришел к выводу, что чем покладистее он будет себя вести, тем, в конечном счете, будет лучше Этти. Он рассказал, как заглянул вниз в лестничный колодец и увидел, что дверь вырвало наружу. Рассказал про дым и огонь. И про искры. Сказал, что искр было очень много. Ломакс и его заместитель с фигурой профессионального борца слушали Пеллэма, казалось, совершенно безучастно.

— Боюсь, я ничем не смог вам помочь, — закончил Пеллэм.

— Если вы говорите правду, вы оказали нам огромнейшую помощь.

— Какой смысл мне лгать?

— Скажите, мистер Везунчик, чего было больше — огня или дыма?

— Наверное, больше дыма.

Брандмейстер кивнул.

— Какого цвета было пламя?

— Не знаю. Обычного. Оранжевого.

— А не голубого?

— Нет.

Ломакс сделал пометки в блокноте.

Потеряв терпение, Пеллэм спросил:

— Что у вас есть на Этти? Улики? Свидетели?

В улыбке Ломакса ясно читалась Пятая поправка

— Послушайте, — взорвался Пеллэм, — речь идет о семидесятилетней женщине…

— Послушайте, мистер Везунчик, я скажу вам вот что. В прошлом году мы расследовали в городе десять тысяч подозрительных пожаров. Более половины из них оказались следствием поджогов, из которых треть устроили женщины.

— Согласитесь, это едва ли можно считать доказательством вины Этти. Какой у нее предполагаемый мотив?

Ломакс повернулся к своему заместителю.

— Предполагаемый мотив. Этот человек слышал про предполагаемые мотивы. Откуда он это узнал? Из «Вестника полиции Нью-Йорка»? Из «Криминальной хроники»? Нет, он мне кажется обыкновенным настырным журналистом. Убирайся к такой-то матери вместе с твоим предполагаемым мотивом! Чтобы духа твоего здесь не было!