- Умный, да? Промерили они кучу шагами. И прокопали посредине в горохе границу-канавку, от стены до стены. По ночам теперь Хома и Суслик не спали. Тайком в темноте на чужую половину бегали. Горох к себе таскали. Уж и есть-то некогда было. Голодали. Старались побольше унести. А днём тоже не спали. Друг на друга смотрели: как бы кто у кого горошинку не взял. Стерегли. Глаза слипаются, слипаются... Ущипнут сами себя за бок, чтобы не заснуть, и снова следят. А как-то раз ночью возвращались каждый к себе с добычей - лбами столкнулись. Сцепились. Шерсть клочьями полетела. Покатились. Треск, звон, грохот!.. Когда они очнулись в сугробе и взглянули высоко вверх, где разбитое оконце виднелось, Хома проворчал: - Я больше туда не вернусь. - И я не вернусь, - простонал Суслик. И они дружно зашагали домой. Ушёл каждый молча в свою нору. Есть захотелось... Пошарил, пошарил Хома на полке. Вдруг случайно горошину нашёл. Одну-единственную. Посмотрел на неё... В лапе зажал. И к Суслику. Разломил горошину пополам другу дал.