Валерий Петрович сгоряча чуть не набрал нужный номер, но остановился и задумался. Нет, ему лично в это дело лезть сейчас не стоит. Надо с Валей поговорить...

Валентине было за..., но она об этом не очень распространялась. Здоровье в порядке, спасибо зарядке -- этот пионерский лоззунг она возвела в принцип и все силы бросила на поддержание отличной формы души и тела. С душой обошлось, как нельзя лучше, а тело... Тело тоже пока не подводило. Правда, требовало очень много усилий, времени, но игра стоила свеч. Холить его и следить за ним нужно было ежеминутно, иначе я кончусь, как женщина, так считала Валентина. Слово у нее с делом не расходилось и звонок Валерия Петровича застал ее в утренней ванне. В ней предписывалось быть еще полчаса и Валентина не стала прерывать заботу о здоровье даже ради такого приятного звонка. Благо телефон предусмотрительно стоял рядом.

-- Валюша... дорогая, просто праздник -- услышать тебя, эолотце... Что поделываешь?

-- Сижу в ванне.

-- Где-где? Да... хотел бы я быть сейчас рядом с тобой...

-- Так в чем дело, бери машину и приезжай.

Валерий Петрович замялся, начал было врать про занятость, но потом решил, что по телефону он ничего толком не узнает и кроме припадка ревности (а чего ревновать, что он, муж ей, что ли?) он ничего не приобретет. Нет, надо так делать, чтобы эта дуреха и позже ни о чем не догадалась. Слушая ее болтовню, он вспомнил двух последних девочек и вздохнул -- на какие жертвы приходится идти... Но, по привычке наскоро придумал оправдание -- зрелый плод всегда слаще.

-- Валюша, меня не нужно уговаривать. Бросаю все, гори оно пропадом, и бегу к тебе.

Лемешонок с сыном стояли у автостанции и курили, прислушиваясь к неясным объявлениям дежурной. Автобус явно запаздывал. Оба чувствовали себя неловко в этой ситуации, когда уже все сказано, обговорено и делать больше нечего, только ждать. Павел Андреевич прервал паузу и пошел все повторять сначала. Сын досадливо поморщился, но промолчал.