Этому конец. А жаль...

Миратов раздвинул ладонями виноградную лозу, он хотел подползти ближе к дому. Двинул вперед правый локоть, но тут, заметив какое-то движение в темном дымном окне, успел вжаться в землю. Грянул ружейный выстрел. За ним второй. Картечь сорвала листья, выдернула из земли корни растений. Теплый сок из зеленой виноградной грозди брызнул на лоб Миратова.

Майор неподвижно лежал на земле, боясь обнаружить свое присутствие. Услышав за спиной тихий шорох, вздрогнул. К нему подползал прапорщик Саша Дроздов, оставленный у старого склада сторожить машины. В отсветах пламени чумазая физиономия Дроздова сделалась красно-багровой, как у черта.

— Какого хрена ты здесь... — не договорил майор, закашлявшись от дыма. — Почему покинул пост?

Дроздов ладонью размазал по лицу грязь.

— Тот майор, Валерий Колчин, что из Москвы прибыл, приказал подогнать сюда микроавтобус. Возможно, есть раненые.

— Вижу только трупы, — прошептал Миратов. — А где сам Колчин?

— Он погнался на «Жигулях» за той синей «Нивой». Кажется, Колчин серьезно ранен.

Миратов сплюнул от досады. Ну вот, теперь отвечай еще за этого подраненного московского гуся. Сидел бы в своем кабинете, нет, принесла нелегкая! Да еще полез под пули.

Когда днем Миратов спросил Колчина, с какой это стати майор, а не какой-нибудь прапорщик, должен доставить в Москву опасного преступника Хапку, тот отшутился. Мол, я сам напросился к вам в Дагестан слетать. В столице, мол, засиделся, захотелось пыль с ушей сдуть.

— Говоришь, тяжелое у него ранение? — переспросил майор.