- Воевать, - невозмутимо ответил Митя. - Бить беляков и всяких буржуев.

- А стрелять ты умеешь?

- Научусь.

- Ну, допустим, научишься. А ещё что умеешь?

Митя задумался. Потом сказал:

- Всё умею. Коней чистить, запрягать, седлать... И ещё умею петь песни...

Командир засмеялся.

- Песни петь дело нетрудное.

- Смотря как петь, - сказал Митя.

- А ты по-особому умеешь?

- Послушайте.

Разговор происходил летом у опушки леса, где расположился отряд.

- Что же, - согласился командир отряда. - Сейчас отдых. Спой, у нас песни любят.

Митя запел сначала тихо, чуть смущаясь. Голос в самом деле у него был необыкновенный - чистый, уверенный и какой-то особенно задушевный. Трудно даже верилось, что это поёт худенький юноша, одетый в старый-престарый пиджак, на котором даже многие заплаты уже превратились в лохмотья.

Постепенно песня наливалась силой. Она была свободная, могучая, как сама река Волга, о которой в ней пелось.

Услыхав песню, удивлённые бойцы бросали свои дела и направлялись туда, где сидели командир отряда и Митя Оленев. Хороша была эта русская песня, и голос был незнакомый, чудодейственно привлекающий, серебряно-звонкой чистоты.

Вскоре десятки бойцов окружили певца. Словно очарованные стояли они и слушали.

Другая песня тоже была о Волге, о богатой русской зиме, о тройке в бубенцах, мчащейся по широкой замёрзшей реке.

Так Митя остался в отряде и стал общим любимцем. Он оказался не только замечательным певцом, но и храбрым солдатом. И вскоре уже весь отряд знал его историю - историю мальчика из беднейшей крестьянской семьи, ставшего батраком у кулака. Тянуть бы и тянуть Мите нищенскую батрацкую лямку, но он узнал о Красной Армии и ушёл от кулака.

В отряде все любили Митю, но никому и в голову не приходило, что он будет знаменитым на всю страну певцом. Было суровое время борьбы. Тогда больше думали о судьбе республики и как-то меньше думали о своей личной жизни. Если республика Советов будет защищена - значит, и всё остальное наладится.