– Посмотрите на меня, журналисты: я несчастная осиротевшая собака, моя хозяйка умерла, бедная старушка… Пожалейте сироту, найдите мне семью, и чтоб с детьми… Я очень ласков с детьми, я обожаю детей, жить без них не могу!

И все это так проникновенно, так непохоже на остальных, что блондинка со слезами на глазах остановилась перед клеткой.

– Господи, какая лапочка, – всхлипнула она. – Смотри, котик, правда ведь, милый? Ну не прелесть, скажи? И хорошенький какой. На таксика похож. Из него получится дивная комнатная собачка, как ты думаешь? А, котик?

Волосатый-бородатый котик думал, как бы поскорей отделаться от тяжеленной камеры. Пот лил с него ручьями. Он согласился не глядя.

Через два часа Гнусавого, отсняв, привели обратно. Чрезвычайно довольного собой. Шерсть с глянцем и всякое такое.

– Ну, классно, я вам скажу: гримёры, софиты, подушки… нет, правда, красота. Одно только – они меня снимали с каким-то котярой, ангорским, что ли. Наодеколоненный, гад. С шёлковым бантиком. Чего мне стоило на него не броситься… Ну ничего, вот попадётся мне на воле…

Остальные помалкивали. Всем было как-то неловко за него. Но Гнусавый этого не замечал. Он продолжал разглагольствовать:

– Так что вот, всё проще простого: завтра к самому открытию за мной явятся «хозяева-соискатели». Человек пятьдесят минимум. Мне останется только выбрать. Единственная проблема – дети. Я их на дух не переношу. На нервы действуют. Терпеть не могу детей! Хотя это, в общем-то, неважно, всё равно я дам тягу, едва эти новые хозяева отвернутся. Мне, видите ли, всего дороже свобода, достоинство…

Он говорил, говорил… Никто не слушал. Солнце склонялось к закату. Все силы уходили на то, чтоб не смотреть в сторону ворот, которые должны были вот-вот распахнуться.

Глава 12

На следующий день за Гнусавым действительно пришли. Его оспаривали друг у друга человек десять. Одни утверждали, что пришли первыми. Другие говорили, что они – ещё первее. Как только не передрались.