Груня и Стенька сидели недалеко на бревнышке. Они поглядели на свои ладони.

- А у меня мозоли твердые стали, - сказала Груня. - Потрогай! И не болят.

- И у меня, как камешки, - ответила Стенька. - Дай-ка я тебе по руке проведу. Чувствуешь? Я их буду в горячей воде парить - они отойдут.

- Эти отойдут, а новые будут, - вздохнула Груня. - Завтра пойдем огороды копать.

- Опять копать!

- Опять копать! - отозвался, как эхо, Женька, который стоял тут же. Где копать? Чего копать?

- Огороды вскапывать, - сказала Груня. - Но там ничего! Там земля очень мягкая, как мак рассыпается! Чего вы испугались-то?

- А кто испугался? - пожал плечами Женька. - На поле не боялись! Я грядки так умею делать - огородник не берись!

Лошадей увели. Ромашка, проводив их нежным взглядом, подошел к ребятам. Он снисходительно улыбнулся на Женькины слова:

- Ох, и Хвастун Хвастунович! А что ж в школе-то, бывало, не делал?

- Ну, вспомнил! Я тогда еще какой был-то? Мелюзга.

- Ладно, - сказал Ромашка, - давай копать отдельно. Ты свои гряды делай, а я буду свои. Посмотрим, чьи лучше будут.

- Ну и что это будет? - сказала Груня. - Ромашка там будет копать, Женька - там, а мы - еще где-то. Да мы и гряды-то как следует делать не умеем!

- А чего ж "еще где-то?" - возразил Женька. - Я с вами буду. И все покажу. Подумаешь, важность!

Тихонько, незаметно подошла Раиса и стала, прислонившись к березе.

- А у нас скоро Виктор приезжает, - сказала она, ни к кому не обращаясь, - письмо прислал...

Все сразу повернулись к Раисе.

- Правда? Совсем или в отпуск?

- В отпуск.

- С медалями небось?

- А то как же!

- Наган захватил бы! Эх, не догадается, пожалуй!

- Захватил бы, да ведь не дадут. Не полагается.

- А может быть, возьмет да захватит! Он ведь командир небось?

- Эх, стрельнуть бы!