Сталевар снял рукавицы, стал прощаться. Потом глянул вниз: стальная река всё так же стремительно низвергалась в ковш. А там под ударом сияющего потока вскидывались вверх стальные стебли, распускались зажжённые жаром цветы и, не удержавшись, тут же рассыпались искрами.
Сталевар взял лопату и что-то высыпал в ковш. Сразу над ковшом поднялись густые, чёрные клубы дыма.
— Пошли! Пошли скорее, — заторопил Тонтоныч. — Сон уж далеко отсюда улетел…
ГОЛУБОЙ ЗАЯЦ
Стрелки часов на городской башне упрямо двигаются. Бом! — пробили часы. И ещё раз — бом!
Наступил глухой час ночи. Снова из-за туч выплыла луна.
Две тени скользили по улице: одна большая, другая маленькая.
— Тонтоныч! — прошептал Лёка. — А может, девочка Кланя заснула?
— С чего?
— Ну, может быть, лягушата сами прилетели к ней.
— Навряд! — буркнул Тонтоныч. — Это озорной сон. Лягушат изловить надо.
Лёке очень хотелось увидеть девочку, чей сон они ищут.
— Давай повернём, Тонтоныч. А вдруг? Давай проверим.
Большая тень молча развернулась, а вслед за ней маленькая. Все дома были тёмными. Лишь в одном Лёка увидел жёлтое освещённое окно.
Тонтоныч, а за ним Лёка подлетели к самому окну.
В комнате горела лампа под жёлтым абажуром. На кровати сидела девочка. Длинные светлые волосы её не были заплетены в косички, а падали на плечи тягуче, как мёд. Лёка так подумал. Ветер из окна шевельнул волосы, девочка тонкой рукой отбросила прядку, повернула голову — Лёка увидел бледное лицо с чёрными короткими бровями. Девочка не глядела в окно. Тонтоныч и Лёка могли спокойно наблюдать. Девочка взяла с подушки голубого зайца. Да, заяц был сделан из голубого лоскута. А глаза из красных пуговиц.