— Спи, зайка! Спи! — укачивала зайца девочка. — Доктор сказал: надо спать. И я тоже засну. Только мне не спится… — Она тихонько запела:
Что же ты не закрываешь глазки? — говорила девочка и покачивала зайку.
Заяц молчал. Слова девочки повисли в тишине грустной капелькой. А девочка говорила очень красиво — так показалось Лёке, — она как-то особенно растягивала слова: со-олнышко… гла-азки…
— Эх, невесело сидит, — вздохнул Тонтоныч, — мается без сна.
— Тонтоныч, — прошептал Лёка. — Скорее летим! Надо найти сон. Обязательно найти.
— А что я говорил! — гаркнул Тонтоныч.
Кланя обернулась. Но две тени уже метнулись от освещённого окна, заскользили над улицей.
— Говорил я — пустое дело, — ворчал Тонтоныч. — Время только упустили.
Они мчались теперь быстрее. Луна металась в облаках. Под ними проносились высокие дома, потом поменьше и совсем маленькие. Впереди заблестела река, а за ней показался чёрный лес.
— Тонтоныч! — крикнул Лёка. — А как ты знаешь, куда лететь?
— Чувствую. Как компасом меня наводит, будто стрелка какая.
От быстрого полёта волосы на голове Лёки спутались, ветер бил в лицо. Неожиданно за лесом вспыхнули огоньки.
ЛЁКА ДЕРЖИТ ШТУРВАЛ
Тонтоныч и Лёка опустились на поле рядом с огромным самолётом. Да, среди огней на тёмно-зелёном поле стоял белый самолёт.
«Дверь у самолёта закрыта, — подумал Лёка. — Как же мы туда попадём?»
В этот момент к самолёту подъехал трап — это такая лестница, на борту её написано: «Аэрофлот». К трапу шёл высокий лётчик в синей пилотской форме.