— Снимай теперь их! — крикнул Кирилл.

Вовка навёл фотоаппарат на бандитов, а Кирилл стал освещать их «одухотворённые лица» фонариком. Бандиты были уже совсем рядом. Вовка так испугался, что чуть не пустился наутёк, но в этот момент Кирилл что-то сделал. Вовка с братом оказался позади бандитов. Бандиты, не поняв, куда пропали ребята, стали, ошарашено, оглядываться по сторонам.

— Эй, дымососы, мы тут! — крикнул Кирилл.

Бандиты обернулись на голос, а Кирилл сказал Вовке:

— Вовка, продолжай снимать их хари, — и снова осветил фонариком растерявшихся бандитов. Опомнившись, те снова бросились к ребятам.

— Отдай сюда камеру, молокосос! — орал «круглый». При этом он не выпускал из перекошенного сосала, лихо надломленную смердящую «огненную соску».

— Убью, щенки! — орал «носатый», дрыгая сигаретой во рту.

— Да я из вас отбивные котлеты сделаю, — не отставал от подельника в «красноречии» «круглый».

— Котлеты, говоришь? Проголодался? — «сочувственно» спросил Кирилл. — Перекуси-ка своей сигареткой с «классическим вкусом» — и сигарета, неожиданно, провалилась «круглому» внутрь.

«Круглый» закашлялся, стал задыхаться и согнулся до самой земли. Со стороны казалось, будто «круглый» просто перекатился с ног на пузо. При каждом «кхеке» и «кхаке», изо рта бандита вырывались густые клубы противного сизого дыма.

— Теперь бежим к деревне! — крикнул Кирилл, и Вовка побежал за ним следом. «Круглый», подавившийся сигаретой, и «носатый» остались у реки. «Носатый» что есть силы колотил «круглого» по спине.

— Что ли это ты сделал, чтобы он сигаретой подавился? — спросил Вовка на бегу.

— Ага! Ты догадливый! — ответил Кирилл.

— А вдруг умрёт?!

— Не умрёт — я же не злодей. Я сделал так, что «соска» из него скоро вылетит. Может, он, после такого, и курить-то бросит — и то польза.