— Ничего не понимаю, — прошептал «пучеглазый», — столько теремков быдловских сожгли, а этот как заколдованный. Чего делать-то?

— А чёрт знает, — шёпотом ответил «круглый». — Давай покурим, — и он вынул из кармана пачку с «огненными сосками».

— Идиоты, — прошептал Кирилл, — их же сейчас… Надо скорее… нет, не успею…

Бандиты, тем временем, заправили «соски» в «сосала» и «круглый» щёлкнул зажигалкой…

…Из домов стали выбегать люди, разбуженные взрывом бензина и криками «круглого» и «пучеглазого». Бандиты метались, хватаясь руками за опаленные физиономии. Они безуспешно пытались сбить пламя с горящей одежды и орали. Вовке стало страшно.

Выкрикивая непонятные слова, Кирилл выскочил из укрытия. Он сделал резкое движение руками в сторону бандитов, и пламя на их одежде тут же погасло. Бандитов и некоторых деревенских какая-то сила повалила на землю. Вовку тоже неслабо тряхнуло. Он, правда, не упал, но на него с дерева посыпались обломившиеся ветки…

…Деревенские мужики быстро повязали «орущее жаркое». Ну и вид был у бандитов: полусгоревшие волосы; отсутствие даже намёка на брови и ресницы; остатки одежды, обугленными лохмотьями свисающие вниз. Зато из их «сосал» продолжали гордо торчать обгоревшие остатки «огненных сосок».

Через несколько минут привели и двух других поджигателей. Огонь угасал, а дом так и не загорелся. Не было даже копоти на бревенчатой стене, около которой догорали остатки соломы. Оправившийся от шока «круглый» орал:

— Вы, быдло! Вы ещё пожалеете, что связались с нами! Вы не знаете, какие крутые мэны за нами стоят!

— Вот и узнаем, от вас, голубчиков, — сказал ему Иван Разин, приведший одного из поджигателей. Довольно грубо «усадив» бандитов на землю он добавил:

— Вы нам сейчас всё расскажете: кто вас послал; кто те «крутые мэны», о которых вы только что вякнули; для чего это тем «мэнам» понадобилось. Давайте, колитесь, коли жить охота. Не будете колоться — я сделаю всмятку сначала вас, а уж потом ваших «крутых»…