— Ну всё, — шепнул Вовке Кирилл, — дело сделано, нам надо возвращаться.
— Да ну! Давай посмотрим, что будет дальше, — попросил Вовка.
— Не надо, тут всё уже без нас сделают.
— Ну интересно же посмотреть.
— Чего интересного-то? Как людей избивать будут интересно, что ли?
— А что? Что ли они этого не заслужили, это что ли не правильно, что их побьют?
— А толку-то? Это же ничего не исправит, а только увеличит зло. Пошли, нам надо домой попасть, пока мама с папой нас не хватились.?
Глава 5
Когда Вовка проснулся, часы на стене показывали десять минут одиннадцатого. Кирилл сидел за столом и рисовал. Ту картину Кирилл рисовал, точнее, писал уже целый месяц. Именно писал — в этом Вовка теперь разбирался. Брат ему объяснил, что рисуют — это когда карандашами. Кисточками, красками, не рисуют, а пишут. Потому это и называется «живопись», а не «живопись». Правда, когда карандашом или ещё чем-то таким, то всё равно это не живопись, а рисунок.
На картине был изображён сказочный замок. Замок был с башенками, с высокой каменной стеной с бойницами. Как настоящие блестели на солнце крыши, флюгеры, шпили. Даже окна замка отражали солнечные блики. Над замком парил дракон. Он был совсем не страшный, а наоборот, симпатичный даже. У него были большие перепончатые крылья и добродушная улыбающаяся мордочка. Дракон был ещё только набросан карандашом. Кирилл, как раз, выписывал зелёные чешуйки на его крыле.
— Ну что, выспался? — спросил брат.
— Ага, — ответил Вовка.
— Ну ты и спать, засоня!
— Так всю ночь…
— Не всю ночь, а только половину ночи. И вообще, я тоже не спал.
— Это я с непривычки.
— Есть будешь, «непривычка»?
— Не знаю.