- Хорошенькие desperados, нечего сказать. Булочкадос-Обжорадос, вот вы кто! Так бы и написали на афишах!

- Есть надо, иначе помрешь, - заявила Ева Лотта и помчалась на кухню за соком.

А когда пекарь потом протянул из окна целый кулек со свежими булочками, директор цирка сдался и вздохнул, хотя втайне был искренне рад и доволен. Он обмакивал булочки в сок и ел гораздо больше других. В доме у них булочки появлялись очень редко, да и ртов было слишком много, чтобы их разделить на всех поровну.

Разумеется, папаша частенько говаривал: «Ну, сейчас вам достанутся другие булочки, получите на орехи!» Но он имел в виду вовсе не хлеб, а трепку! И поскольку Андерс считал, что на орехи он получал достаточно, он, сколько мог, держался от дома подальше. Ему гораздо больше нравилось у Калле и Евы Лотты.

- Твой папашка жутко добрый, - сказал Андерс, вонзив зубы в пшеничную булочку.

- Такого больше нет, - признала Ева Лотта. - Но он и веселый к тому же. Он такой жутко занудливый, что мама, по ее словам, страшно с ним замучилась. А хуже всего для него - кофейные чашки с отбитыми ручками. Он говорит, что мама, я и Фрида только и делаем, что отбиваем ручки у кофейных чашек. Вчера он пошел и купил две дюжины новых, а вернувшись домой, взял молоток и отбил у них все ручки. «Чтобы избавить вас от лишних хлопот!» - сказал он, оставив кофейные чашки на кухне. Мама так смеялась, что у нее живот заболел, - сказала Ева Лотта и взяла еще одну булочку. - Но папа не любит дядю Эйнара, - неожиданно продолжила она.

- Так, может, он отобьет ручки и ему? - с надеждой в голосе предложил Андерс.

- Кто его знает, - сказала Ева Лотта. - Папа говорит, что слов нет, как он обожает родственников! Но при виде всех этих маминых кузин, и тетушек, и дядюшек, и всяких дальних родственников, слоняющихся по всему дому, у него появляется безумное желание засесть в одиночную камеру в какой-нибудь дальней-предальней тюрьме.