К морю она ходила через парк, который окружал гостиницу. Точнее, это он назывался так гордо – парк, а на самом деле был просто большим садом. В дальней его части Серафима обнаружила калитку, через которую можно было попасть на небольшую извилистую улочку, ведущую к морю. Это был короткий, хотя и неудобный путь. Все отдыхающие ходили на море по шоссе, которое проходило возле главных ворот. Серафима любила иногда пройтись в одиночестве, а потому с удовольствием пользовалась этой дорожкой: здесь почти никто не ходил, кроме местных.

Она прошлась по ухоженному саду, потрогала стволы деревьев, понюхала цветы и направилась к ограде. Здесь была дверца, которую рано утром открывал сторож, а после восьми вечера запирал на замок. Покинув сад, Серафима повернула на улочку, застроенную частными домами. Впереди уже виднелась полоска воды, сбоку над улочкой громоздились величественные средневековые башни; продавцы овощей, меда, домашнего сыра и алычи неспешно раскладывали свой товар на прилавках вдоль дороги.

Ей навстречу попалась ранняя пташка, постоялец из гостиницы – молодой здоровенный парень с таким красным лицом, словно накануне он переборщил с солнечными ваннами. Но солнца не было уже несколько дней, а цвет лица таким у парня был, видимо, от природы. Привыкшая давать всем и вся разные прозвища, Серафима мысленно называла парня «Красномордый». Прическа у него была чрезвычайно эффектной: набриолиненные волосы зачесаны назад и прилизаны волосок к волоску.

– Погулять вышли? – осведомился светским тоном парень.

– Да, пока дождя нет.

«Как бы не навязался на мою голову», – опасливо подумала Серафима, но Красномордый даже не думал набиваться в компанию, помахал ручкой и пошел себе дальше по улице, в сторону гостиницы.

Дома закончились, асфальтовая дорога тоже, дальше Серафима спускалась по каменистой пыльной тропке.