Ансис и Алф переглянулись. Целых четыре блестящих никелированных шара. И как это они их раньше не заметили! А что, ценная штука, можно играть, например, в хоккей, метать, как гранаты, да мало ли на что они могут пригодиться.

— Ладно! — согласился Ансис и двумя руками вцепился в первый шар. Однако, как мальчики ни старались, как ни пыхтели, как ни плевали на ладони, шары словно приросли к металлическим трубкам.

— Инта, позови Ивара! — сдался, наконец, Ансис.

— Ивар пошел купаться.

— Придется позвать кого-нибудь другого!

Мальчики выбежали со двора. Обычно оживленная, сейчас улица была пустынна. Только квартала за два от дома кто-то неторопливо шел в их сторону. Издали было заметно, что прохожий настроен мрачно. Да и каждый бы на его месте не очень-то радовался. В кармане жалобно позвякивали медяки. Не явишься же на день рождения к девушке с пустыми руками. Правда, вокруг, у частников, полно роз и всякой всячины. Но попробуй перелезть через забор — тут же собака вцепится или сам хозяин поднимет такой шум, что сбежится вся округа. Да и майку жалко. С иностранным моряком пришлось янтарными бусами расплачиваться, теми, что мать надевала только по праздникам. И, скосив глаза на грудь, прохожий с явным удовольствием стал рассматривать пеструю картинку на груди — улыбающуюся женщину в парике мелкими кудряшками и огромной шляпе, на которую был водружен огромный букет цветов. Внизу красовалась подпись: «Маркиза де Монт-Эспань». На спине (жаль, самому не видно) был намалеван кудрявый усатый мужчина и стояла подпись: «Луи XIV». Нашему незнакомцу и во сне не снилось, что именно так называть его скоро будут очень многие.

Взгляд Луи Четырнадцатого (пока нам не известно его настоящее имя, будем и мы называть его так) удовлетворенно скользнул ниже и остановился на залатанных джинсах с опушкой по швам. Таких не было ни у кого в городе, в этом он мог поклясться. Стоящая вещь, «Made in France». Бубновый Туз и вся его компания лопнут от зависти.