Долго нас с Кошкиным кидали разбушевавшиеся волны, пока наконец не выбросили на африканский берег. Здесь наши изможденные тела и подобрали дикари из племени мбулу.

Они выделили нам с боцманом по персональной хижине и стали кормить до отвала всякими вкусными вещами. Поначалу даже неловко было: все племя в джунгли на охоту собирается, а мы с Кошкиным лежим себе на лиственных подстилках и плодами манго объедаемся.

Я сказал об этом вождю племени Пуако.

— Вы — дорогие гости, — ответил мне вождь, приложив руку к сердцу. — А гости должны отдыхать.

Вообще Пуако оказался неплохим малым. Частенько по вечерам он заглядывал в мою хижину, и мы с ним болтали о том о сем.

Однажды даже поспорили.

— Европейцы — жесткий народ, — сказал вождь, — а вот азиаты — мягкие…

Я не согласился:

— Европейцы тоже разными бывают. Есть жесткие, а есть мягкие.

— Не знаю, не знаю, — качал Пуако головой. — Лично мне попадались только жесткие европейцы.

— Это, наверное, оттого, — предположи я, — что азиаты едят рис. А европейцы пред почитают мясо.

Вождь задумчиво почесал кучерявую макушку.

— Угу… — пробормотал он и ушел.

А со следующего дня нас с боцманом стали кормить одним рисом, Я не придал этому особого значения. Но вот как-то раз Кошкин и говорит:

— Капитан, по-моему, нас не кормят, а откармливают.

Тут я крепко призадумался, и впрямь— весили мы уже килограммов по сто пятьдесят, не меньше.

— Не пора ли нам отсюда отчаливать? — продолжает боцман.

Легко сказать — отчаливать. А куда?.. Африка — это вам не парк культуры и отдыха. Джунгли буквально кишат свирепыми хищниками, а вдоль илистых берегов рек и озер таятся не менее свирепые крокодилы…

Короче, как говорят на флоте, — полная амба!