Но как старательно ни листали чужестранцы ее страницы, они ничего не видели, кроме чистой бумаги, текст с листов исчез. Откуда было догадаться менвитам, что так сделал добрый волшебник: при приближении врагов книги не показывали, что в них написано. Менвиты быстро потеряли к ним интерес.

Рассматривая комнаты, мебель, всякую домашнюю утварь, Кау-Рук удивлялся:

- Неужели на Беллиоре живут такие гиганты?

Он даже попробовал усесться в кресле Гуррикапа. Арзаки, встав на плечи друг другу, образовали живую лестницу, по которой штурман и забрался в кресло. Рядом с твердой как кремень спинкой кресла он почувствовал себя так же неуютно, как по соседству с огромным каменным изваянием какого-нибудь животного. Таких изваяний на Рамерии было много - то сохранились следы древней культуры арзаков.

- Подумать только, - сказал штурман глядевшим на него летчикам. - Если даже некоторые земляне обладают таким гигантским ростом, что свободно умещаются в этом кресле, тогда мы, менвиты, сущие карлики перед ними.

Неожиданно Кау-Руку сделалось смешно.

- Вот обрадую Баан-Ну, - подумал он, - сюда бы еще привидение, в придачу к замку. - Но, представив небольшие домики, которые он видел на демонстрационных экранах звездолета, штурман разочарованно молвил про себя:

- Не очень-то испугаешь генерала развалинами замка.

Отряд летчиков-разведчиков отправился дальше. Находясь под впечатлением увиденного, они приуныли.

Вновь они пришли в хорошее расположение духа, когда из сумрачного леса вышли на чудесную поляну, потом еще одну и еще.

Кругом расстилались зеленые лужайки с россыпями крупных розовых, белых и голубых цветов (вроде крупных колокольчиков). В воздухе порхали крохотные птицы, чуть побольше шмеля, поражая необычно ярким оперением. Они гонялись за насекомыми.

Мохнатые шмели, которые летали тут же, неменьше привлекали ярким контрастом желтой и коричневой красок. Они пели свою бесконечную монотонную шмелиную песню.