И в этой связи, друзья мои, я могу сказать вам определенно, что законы, по которым живут люди двадцать первого века, абсолютно проигрывают законам тех древних дней! Сегодняшний человек, — возвышенное создание с бесконечными возможностями самоусовершенствования, и это, конечно же, неоспоримый факт! И факт неплохой! НО! Сегодняшний человек, пытаясь равняться на ложные стандарты современного выживания в обществе, произвольно, а зачастую и непроизвольно отворачивается от данной ему от рождения способности к пониманию, и, не осознавая этой потери, с головой окунается в поток материального иллюзорного бытия! Драгоценный срок, дарованный ему жизнью, он расходует на установление для себя продолжительной власти в мире непродолжительных вещей! И, таким образом, из его объективного ума постепенно улетучивается память о его жизни, как о духовном бытии, заменяясь усладами быта и обычного обывательского самодостаточного пребывания в этом мире. В кипящем, словно в аду, беспорядке развивающейся индустрии и политики, люди ввергают себя в агонию, — в погоню за все больше и больше возрастающими материальными благами, пытаясь всякий раз как можно выгодней для себя схватить гротескные формы успеха и искушаемого властью влияния. И что же? — В этой связи можно прямо сказать, что Мир философии, в котором мудрецы были объединены узами братства, исчезает! Стирается с лика вселенной катастрофическими штрихами, словно какой-нибудь мощный мировой величины великан, безжалостно орудуя мягким податливым ластиком, стирает с лика действительности ее самую основную суть! И человек, невежественный в отношении целей жизни, охотно жертвует прекрасным, истинным и добрым во имя запятнанного кровью алтаря мировых амбиций!

Прозвучавший сигнал на перерыв, и должный, казалось бы, возбудить ретивых студентов, заставить их тотчас же облегченно зашевелиться, вопреки ожидаемому, не произвел подобного действия с их стороны. Они продолжали сидеть, обратив свои взгляды на профессора, увлеченные не только его лекцией, но и уважением к импозантному пожилому человеку, которое он, на протяжении всего учебного года, вызывал у них, казалось бы, на каком-то глубинном подсознательном уровне, словно закаленный опытом гипнотизер у неопытной публики.