За все время пути была съедена вся колбаса, сыр и хлеб. О том, чтобы поесть чего-нибудь горячего, не могло быть и речи: в такую погоду не то что «Шмель» не разожжешь, из машины-то выходить не хочется.

В пять часов, когда на улице было темно, как в десять часов вечера, впереди показались огромные белые буквы «САРАТОВ», и Маша захлопала в ладоши.

— Приехали! Приехали! Как здорово! Сережка, какой же ты классный парень! — И вдруг стала быстро-быстро молиться, шепча про себя что-то непонятное. — Аминь…

И они снова благополучно миновали на въезде в город очередной пост ГАИ.

— Это мой ангел-хранитель, — пояснила Маша, когда машина заскользила по мокрой дороге в глубь неизвестного, утопающего в дожде и сумерках города. — Я время от времени обращаюсь к нему, и он помогает мне. Он только мой, понятно?

— Да у нас свои ангелы-хранители есть, — хмыкнул Пузырек, — думаешь, они слабее твоего будут? Хотя непонятно, зачем они вообще существуют, если есть мы сами?

— Глупый ты, Никитка, — ласково проговорила Маша, зябко кутаясь в плед. — Человек слаб, ему обязательно какая-нибудь религия нужна или свой ангел. Это у зверей есть толстая шкура, клыки или чешуя. А мы, люди, рождаемся голые, беззащитные. Все преимущество перед другими тварями, что есть у человека, это — разум, мозг…

— Это смотря у какого человека, — пожал плечами Никита. — Есть такие люди вроде того типа, который увез нашу Ларису. Их надо бояться пуще зверей. Вроде и мозг есть, а совести — никакой.

Знаете, что я вам скажу? — вдруг подал голос Сергей, который в это время свернул с основной дороги на тихую узкую улочку и остановил машину, въехав чуть ли не на тротуар. — Я смертельно устал, зверски хочу есть и спать. Что будем делать? Разбивать палатку прямо в городе или как?

— Все очень просто. Мы можем перекусить где-нибудь в кафе, а спать будем в машине, но только перед этим накроем ее тентом. Чтобы никто нас там внутри не увидел, и чтобы трое детей в одной машине не привлекли к себе внимание прохожих.