— Я ещё не пионерка, — шепнула Лариска.

— Скоро будешь.

Дядя снял кончик уса с плеча, что-то намотал на него и осмотрелся вокруг. Детям даже показалось, что он хочет уйти. Как вдруг взгляд его упал на гуцульскую шкатулку. Дядя вздрогнул и шагнул вперёд.

Антошка поднял шкатулку и прижал к груди. Лариска крепче сжала его руку.

— Так вы, наверное, нездешние? — спросил дядя каким-то странным тихим голосом.

— Нет. Мы из пионерского лагеря.

— А что такое «пионерский лагерь»?

Дети переглянулись и пожали плечами. Но дядя и не ждал ответа. Он сделал ещё один шаг, снова забросил рыжий ус за плечо и спросил:

— А как же вы вернётесь домой?

— У нас есть считалочка-возвращалочка! — вырвалось у Лариски.

Дядя был не такой уже и страшный, лишь бы только привыкнуть к его длинному усу и зелёным бровям.

— А что вы здесь делаете?

— Собираем землянику.

— Для кого?

— Для детей.

Дядя не отводил глаз от шкатулки. Он спросил:

— А что у вас… там? Земляника?

Дениска бросил предостерегающий взгляд на Антошку и Лариску и нахмурился. Но те вместе сказали:

— Солнечный зайчик!

— Не может быть! — взволнованно вскрикнул дядя.

— Так мы, по-вашему, вруны? — опять обиделся Антошка. Дядя удивился:

— Разве вы никогда не врёте?

— Никогда, — твёрдо ответил Дениска. И уши его вновь загорелись фонариками.

— Почти никогда, — вымолвила Лариска и опустила глаза.

Антошка улыбнулся прямо в лицо незнакомцу:

— А с чего это мы бы вам врали? Мы вас не боимся.

— Меня и не нужно бояться, — довольно сказал дядя. — Я добрый. А зайчика в вашей шкатулке нет.

— Нет? — Антошка нацелил на дядю свой подбородок и чубчик. — Может, показать?

— Антошка!.. — дети с обеих сторон схватили товарища. — Нельзя! Зайчик выпрыгнет — мы не сможем вернуться!