— Вы поставили на ней свои инициалы?

— Мне это даже в голову не пришло. Удивительно, но я чувствовал себя единственным в мире владельцем такой шляпы.

— Но ведь существует, наверно, несколько сот таких шляп?

— Да, но моя казалась мне особенно красивой и роскошной. Я не придаю большого значения одежде, моя единственная слабость — шляпы. — Проведя ладонью по голове, он коротко хохотнул. — Может быть, как раз потому, что закрываю шляпой лысину. Да, Девятка, у каждого своя слабость.

«Значит, его шляпа не была помечена инициалами, — сообразила я. — В таком случае у Франта была не чужая, а своя собственная шляпа. И, следовательно, простой вывод — Франт шляпы не подменял. Разве что после подмены пометил ее собственными инициалами».

— Вы точно уверены, что не пометили шляпу своими инициалами?

— Совершенно точно.

— А можно узнать, как вас зовут?

Виолончелист схватил бумажную салфетку и, вынув авторучку, вывел крупными печатными буквами: ВАЛЕРИЙ КОЛЕНКА.

— Вот моя визитка, — пошутил он, — можешь оставить ее себе. Фамилия звучит немного смешно, но ничего не поделаешь. Мы не сами выбираем себе фамилии, а со временем привыкаем к ним.

«Валерий Коленка, — повторила я про себя. — Ей-Богу, это же ВК! Значит, все-таки то была его шляпа!» И с этого момента недоверие отступило, и виолончелист вновь обрел прежни облик добродушного дядюшки.

— Значит, ваши инициалы ВК?

— Да, они тебе не нравятся?

— Нет, нет… только мне кажется, я уже где-то видела… — Тут я опять прикусила язык, вспомнив, что детектив доложен до конца притворяться, будто ничего не знает.

Наступило неловкое молчание. К счастью, виолончелист продолжил:

— Да разве у меня одного такие инициалы? Если не ошибаюсь, больше всего фамилий в Польше начинаются на «к» и на «п».

— Это правда, — подхватила я с облегчением. — Как-то раз я заметила это, листая телефонную книгу.