— А Зучок еще хочет.

Лицо у Зучка вытянулось, но сказать он ничего не посмел. Мама обрадовалась и снова положила ему полную тарелку каши.

— Вкусно, правда? — давясь, сказал Зучок.

— Очень! — хихикнул Мурашка.

— Так я тебе еще положу. — И мама Зучка взяла Мурашкину тарелку.

Теперь уже хихикнул Зучок, глядя на попавшего впросак приятеля...

Но вот, наконец, завтрак позади!

Приятели шагали по знакомой тропинке, огибая камешки и сухие ветки, упавшие поперек тропки. Любопытный Мурашка время от времени отбегал в сторону, таща листок или сухую былинку. Из троих друзей Мурашка был самый маленький и самый сильный. И он очень гордился этим.

— Не суетись ты, Мурашка, — уговаривал Зучок. — Бегаешь, бегаешь, аж в глазах рябит.

— Погоди, Зучок, — отвечал Мурашка, — я посмотрю, как ты забегаешь, когда яблоко увидишь.

За разговором они не заметили, как подошли к дому кузнечика. Мурашка пошевелил усиками и сказал:

— Дома. Слышишь, играет?

Они обогнули старый пень и увидели Кузю на крылечке. Он тоже увидел гостей и опустил скрипку.

— Привет, — сказал Кузя. Он был не очень разговорчив. Не прошло и двух минут, как Мурашка и Зучок рассказали Кузе о ракете, манной каше и о том, зачем они пришли.

— Дело, — сказал кузнечик, — дело. Потом подумал и добавил:

— Интересное дело.

Мурашка даже запрыгал, и Зучок тоже не мог скрыть радости: раз Кузя (неразговорчивый Кузя!) сказал сразу четыре слова подряд — значит, он действительно заинтересовался...

Солнце поднялось уже высоко, когда Мурашка объявил, что они уже близко. В воздухе стоял тихий звон, где-то далеко свистела какая-то пичуга. Золотые пятна света пробивались сквозь густые кроны и перебегали по траве, а листья высоко-высоко перешептывались о чем-то, только им понятном. Они были так высоко, что Мурашка ложился на спину и спрашивал: