Он не замечал, что я не сплю, и по-прежнему стоял посредине комнаты, потом ударил себя кулаком по лбу, видно, хотел отвязаться от какой-то навязчивой мысли, которая не давала ему покоя. "Это из-за нас, - подумала я, - может быть, он действительно болен". Я уже хотела его окликнуть, чтобы он почувствовал, что он не один, но в это время в комнату вошла Даля. Я быстро закрыла глаза и притворилась, что сплю.

- Где он? - спросила Даля.

"Это она о папе", - подумала я и стала ждать, что ответит ей Бачулис. Но он ничего не отвечал. Я приоткрыла один глаз: нет, он стоял на прежнем месте.

- Ушел, - наконец ответил он. - На площадь.

- А с кем он разговаривал?

- С Лайнисом... об отце.

Я боялась пошевельнуться, потому что они говорили очень тихо.

- Вот и хорошо, - сказала Даля. - Самое трудное - начать.

- Но это должен был сделать я! - почти крикнул Бачулис.

- Тише, - сказала Даля. - Разбудишь ее. - Она подошла ко мне, и я почувствовала, что она рассматривает меня. - По-моему, наш Юстик... - Даля вздохнула, - вырос.

Жалко, что она не договорила про Юстика. Мне это было интересно.

- А ты думаешь, есть люди, которым такие вещи в удовольствие? спросил Бачулис.

- Нет, - сказала Даля, - но...

- Не продолжай, - сказал Бачулис. - Конечно, мне это не под силу... Да и ни к чему...

Я услышала их шаги и открыла глаза. Были видны только их спины - они на самом деле собирались уйти. Даля взяла Бачулиса под руку и уводила. Вероятно, боялась, что он передумает и останется. Мне не терпелось крикнуть им вслед, что ему совсем не надо быть одному, что одному плохо, что это нечестно в такую минуту бросать его. Но тут они остановились и оглянулись. По их лицам, слабо освещенным светом из другой комнаты, я догадалась, что в дверях стоит папа.

- Я был там, - донесся до меня голос папы.