- Коля, а где Сергей Дмитриевич? - спросил директор.

Юноша встал и, сконфужено улыбаясь, быстро надел морской китель.

- Папа в лаборатории.

- С сестрой?

- Да. Они с утра чего-то стряпают.

- Это сын Сергея Дмитриевича, - познакомил директор своего спутника с юношей. - Моряк. В недалеком будущем капитан дальнего плавания.

- Очень рад. Люблю моряков. Сколько же вам лет? - спросил Иван Васильевич.

- Восемнадцатый.

- Вы учитесь?

- Да. В учебном комбинате Балтфлота.

- А вы, случайно, не знаете Мишу Алексеева?

- Знаю. Но мы по разным специальностям. Он на механическом, а я на судоводительском.

- Хороший парень. Правда?

- Вообще да, - согласился Коля. - Серьезный. Но я мало его знаю.

В лаборатории стоял туман с удушливо-кислым запахом, от которого першило в горле. Химик возился около электропечи, а на полу сидела дочь и что-то растирала в фарфоровой чашке.

- Папа, имей в виду, если она опять рванет, ты спалишь себе глаза, предупредила девочка.

- Ни в коем случае... Абсолютно уверен... На сто пять процентов уверен, говорил ученый, просовывая щипцами в печь маленькую посуду.

Иван Васильевич внимательно следил за работой химика. Это был высокий, сухой старик в больших роговых очках. Седые волосы на голове открывали широкий лоб, а узкая бородка удлиняла лицо, и оно было похоже на неправильный треугольник. Старик был в одной рубашке с засученными рукавами выше локтя. Заметив вошедших, он спустил очки на кончик носа и взглянул поверх них.

- А-а... Валерий Кузьмич. Извините, я вас не заметил.

- Здравствуйте, Сергей Дмитриевич. Я еще не видел сегодня вас. Знакомьтесь. Это товарищ из Ленсовета к вам по делу.

- Очень приятно. Очень, очень, - приветливо сказал ученый и крепко пожал руку Ивана Васильевича.