Тощая рыбка водилась именно в тех водах, которые омывали берега Синанджу – корейской деревушки, где около ста лет назад мастер родился. Еще в конце шестидесятых, до того как в Корее началась ускоренная индустриализация, эту хищницу вылавливали там в больших количествах. Однако с тех пор многое изменилось. Из-за загрязнения окружающей среды уловы рыбы-сабли резко сократились, и теперь по причине ее дефицитности и плохого качества двум ассасинам, рацион которых в основном состоял из риса и рыбы, редко доводилось полакомиться этим обитателем Желтого моря.

Чтобы проверить, нет ли на коже рыбы волдырей и язв – это означало бы, что она выловлена в загрязненных водах, – Римо осмотрел рыбу-саблю от головы до хвоста. К своему удовольствию, он ничего не обнаружил.

– Мне это очень нравится, – сказал Римо торговцу. – Пожалуйста, заверните.

Эффектным жестом Ы оторвал кусок оберточной бумаги от большого рулона, установленного у него на разделочном столе.

– Сегодня мастер будет доволен обедом, – сказал он, передавая Римо длинный сверток.

Но как только Римо вышел из рыбного магазина мистера Ы, он услышал, что к нему обращаются.

– Стоять на месте! – пролаял у него над ухом грубый баритон.

На него смотрел отливающий синевой ствол «беретты», который прямо-таки лоснился от смазки. Рядом на тротуаре стояли еще трое мужчин, державших оружие наизготовку. У одного в руке был курносый никелированный револьвер, у другого – боевое помповое ружье, третий размахивал винтовкой парализующего действия системы «тазер». Все четверо были здоровенными детинами, одетыми так, как одеваются бойцы антитеррористических отрядов – черные бронежилеты, черные кожаные перчатки, черные майки и брюки. У каждого на широкой башке было укреплено переговорное устройство, а на шее висел отливающий золотом значок.

Это не полиция Лос-Анджелеса, подумал Римо.

На бронежилетах парней ярко-желтыми буквами было написано: «Агент службы по возвращению долгов».