Было слышно, как тихо пролетел ангел. С крыльями, обагренными кровью. Парагвайский консул уставился на кончики своих ботинок. Луара Иглезиа сняла ногу с колена. Крис кашлянул.

- Вроде того, - вымолвил Хуан Эчепаре глухим, еле слышным голосом.

Призвания убийцы у него явно не было.

Второй стакан неразбавленного виски развязал парагвайскому консулу язык. Перегнувшись через стол, он сказал Малко:

- Понимаете, арестуешь тупамарос, а они тут же убегают. А смертной казни в Уругвае нет... И тогда...

И тогда он вместе с ЦРУ ее восстановил. Частным порядком и на благо народа... Облегчив душу признанием, дипломат разоткровенничался. Теперь Малко знал об этой организации все. Американцы поставляли деньги и оружие, а Хуан - исполнителей. Своего рода программа "Феникс", только с меньшими затратами, ведь Уругвай - страна небольшая. Лаура Иглезиа оказалась страшной женщиной, прямо жандармом в юбке. Больше всего она сожалела о том, что ей ни разу не привелось своими руками пытать боевика...

Нечего сказать, милое создание.

Малко подумал о том, в какую беду попала Морин Барбер. Знала ли она, что ее муж руководил предприятием по планированию политических убийств? А ведь его, без сомнения, поэтому и похитили.

- Сколько таких акций вы провели? - поинтересовался Малко.

- Одиннадцать.

Лаура скромно потупила взор.

- Двенадцать, - поправила она. - Сеньора Кат...

- Ах да, правда, - воскликнул Хуан Эчепаре, - но тут случилась накладка. Эта была наша первая акция. - Он понизил голос. - Энрике сплоховал. Перенервничал и нечаянно убил жену намеченной жертвы. Такая жалость. Все газеты об этом писали.

Расследование, разумеется, зашло в тупик. Спасительным образом раз и навсегда.

Малко различил огонек брезгливости в серо-голубых глазах Криса Джонса.