- Нельзя же уйти и бросить бедное создание на произвол судьбы, подумал юноша. - Однако капкан не открывается. Что же делать? - И тут он вспомнил про последнее желание. Помедлив не более секунды, Джон решил: "В конце концов, теперь, когда я лишился красавицы-жены и предназначенного для нее домика, для чего мне сотня золотых монет?" и, крепко зажмурившись, молодой подмастерье громко и решительно объявил: "Хочу, чтобы мне удалось открыть капкан и освободить лисенка". Затем он открыл глаза и снова попытался, и на этот раз железные челюсти с легкостью разжались.

Очень довольный, Джон посмотрел вслед лисенку, что удирал через кусты так быстро, как только могли нести его три здоровые лапы, а потом снова защелкнул капкан и огляделся в поисках какой-нибудь подходящей ямы. Неподалеку обнаружилась небольшая впадина, наполовину засыпанная палой листвой, и юноша забросил капкан туда. - Больше тебе не ловить бедных зверят! - проговорил он, но в это самое мгновение капкан ударился обо что-то металлическое, спрятанное в земле. Джон извлек капкан на свет, пощупал в яме и вытащил крохотный железный ларчик. Замок насквозь проржавел, и ларчик легко открылся: внутри, лаская взгляд приветным блеском, одна к другой лежали сверкающие золотые монеты. Джон не верил глазам своим. Он высыпал золото на мягкий мох и сухие листья, и пересчитал монеты, укладывая их обратно в ларец. Монет оказалось ровнехонько сто.

- Ну что ж, - проговорил Джон, - похоже, это для меня. - Затолкав капкан в опустевшую яму и завалив ее листвой и ветками, юноша снова зашагал к дому, с ларцом под мышкой.

Когда молодой подмастерье добрался до дома вдовы, хозяйка стояла у ворот, поджидая его. - Я так и думала, что ты снова пройдешь этим путем, Джон, - молвила она. - Я знаю, ты порадуешься моим добрым вестям. Сегодня, едва ты ушел, со мной приключилась неслыханная вещь. Внезапно боль оставила мое тело, спина распрямилась и окрепла: так хорошо и бодро я не чувствовала себя вот уже лет двадцать или больше. Завтра же поеду в город в гости к сыну.