— После уроков…

После уроков они встретились на спортплощадке. Медленно походили друг против друга, потом сцепились и упали на землю. Сразу же собрались болельщики. Девчонки визжали, а они молча, сосредоточенно сопя, возились в пыли.

Потом Володька расквасил стриженому нос, а тот оторвал ему почти начисто рукав новенькой вельветовой куртки.

Стриженого звали Генка Ворухин, жил он рядом с Володькой, в доме напротив.

Возвращались из школы надутые и злые. Володька придерживал оторванный рукав и уныло думал: «Лучше бы он мне по носу въехал. Подумаешь, нос! Нос не оторвётся…»

Уже у самого дома Генка тронул Володьку за руку и хмуро пробурчал:

— Зайдём ко мне, мамка пришьёт.

Володька постоял, раздумывая, потом понуро потащился за Генкой.

Генкина мать, очень худая и тёмноволосая, весёлыми глазами поглядела на Генкин распухший нос, покачала головой, и сказала только одно слово:

— Опять?

Потом, ни о чём не спрашивая, быстро и ловко пришила Володькин рукав и пошла на кухню, сердито загремела там посудой.

Через неделю, во время большой перемены, Генка нашёл в будяке гипсовый круг. Когда-то на нём стоял святой, до сих пор были видны следы голых пальцев. Вместе с Володькой Генка подкатил круг к обрыву и столкнул вниз. Круг медленно перевалился через край.

Вся школа смотрела, как круг, всё уменьшаясь, нёсся с жуткой скоростью, делая громадные прыжки. Потом он врезался в дощатую пристройку будки обходчика, и даже на таком расстоянии послышались треск и звон.

Генка и Володька побелели, уставились друг на друга и почему-то на цыпочках медленно вошли в школу. А все смотрели на них перепуганными глазами.