Том вздрогнул:

— Не поминай чёрта в таком месте. Видишь, как тут неладно? Всё камни да овраги. Да. — продолжал он, всмотревшись, — правда, это он, рыцарь этот, хоть мать и не даёт мне его разглядеть как следует: как он придёт — она гонит меня вон или велит спать ложиться… Очень уж тут желудей много, свиньи от них становятся жирными, едва ходят. А то, пропади я, — продолжал мальчик, боязливо оглянувшись, — не стал бы их сюда гонять. Как вот затрещит в орешнике — ну, вся душа вон!

— Бежим! — перебил его Джерри и потянул за руку, — посмотрим, куда он пойдёт. Бид, сторожи свиней! — последнее относилось к громадной чёрной собаке, лежавшей около мальчиков.

Между тем таинственный рыцарь в сером бархате, так внезапно появившийся из орешника, шёл по лесу лёгким быстрым шагом. Мальчики, перешёптываясь и чуть дыша от волнения и любопытства, едва поспевали за ним. Серая бархатная шапочка спускалась ему на глаза, краем плаща он даже здесь, в глухом лесу, прикрывал низ лица, так что видны были только его чёрные мрачные глаза и тонкий нос с горбинкой. Небольшой меч в кожаных ножнах висел на боку, кинжал в серебряной оправе — с другой стороны. Как ни быстро шёл рыцарь, движения его были совершенно бесшумны — точно большая серая сова неслышно летела на мягких крыльях.

Вдруг на крутом повороте тропинки дубовая ветка зацепила и сбросила с головы рыцаря бархатную шапочку. Он остановился с проклятием и нагнулся, оборачиваясь, чтобы поднять её с земли. Мальчики, бежавшие за ним по тропинке, со всего размаха повалились в траву за кустом бузины. Шорох не ускользнул от уха путника.

— Кто там? — негромко, но сердито крикнул он и схватился за рукоятку кинжала. Мальчики лежали чуть дыша: стоило ему обойти куст — и он наткнулся бы на них. Минуту длилось напряжённое молчание, наконец рыцарь решил, по-видимому, что слух обманул его. Пробормотав что-то, он так же поспешно двинулся дальше. Том схватил товарища за плечо: