Дымящие, гремящие, свистящие паровозы никак не подходили к характеру жителей Черной Розы. Первый же локомотив с медной табличкой «Наш любимец» сыпанул таким роем искр, что спалил две Северных улицы и хлопковый склад впридачу. На него поставили здоровенный кожух, но «Наш любимец» не растерялся и устроил другой сюрприз. В один прекрасный день он взорвался, не вытерпев того, что «печеная голова», а попросту кочегар-негритенок, имел обыкновение садиться на предохранительный клапан.

«Печеная голова» взлетел в воздух метров на пять и, как ни странно, остался жив, а «Наш любимец» снес половину станции и оставил о себе яркую память.

Но делать нечего. Дорогу построили, и плантаторы с ужасом смотрели, как, шипя паром, разбрызгивая масло, грохоча и улюлюкая, железные дьяволы помчались через их поля…

Считалось, что Моррис Аллен тоже влюблен в четырнадцатилетнюю Мари Бланшар. Его бы никто не принял всерьез, но Моррис Аллен имел собственный паровоз.

Глава 3.

Гудок «Пегаса»

Да, горячая машина ценой в пятнадцать тысяч долларов – вот что придавало вес Моррису Аллену.

Первый раз я услышал о паровозах от индейцев. В Калифорнии тогда еще не было линий, а я пробирался как раз оттуда. Напор железных дорог шел с востока, индейцы его очень боялись. «Железный конь пойдет, буйвол уйдет, – говорили они, – буйвол уйдет, папузам нечего будет кушать». Папузы – это индейские ребятишки.

Один молодой индеец прославился тем, что за тысячу миль ходил смотреть на паровозы. Он делал страшные глаза и показывал: «Пуф-пуф!»

Потом и я узнал, что такое горячка железных дорог. Уж кто-кто, а бездомные и бродяги сразу полюбили свистки паровозов и запах рельсов. Железная дорога возила, кормила. Залез в товарный вагон – ту-ту! – только тебя и видели. Никакой шериф не угонится за поездом, никакой кондуктор не ссадит, если ты едешь «на палке», то есть под вагоном, положив доску покрепче на две соседние оси.



10 из 170